Сложности внедрения
Сложности внедрения
Основная задача школы — привлечь и удержать сильных преподавателей за счёт высоких зарплат и освобождения от рутины, благодаря делегированию. При этом важно выстроить обучение так, чтобы эти учителя могли влиять на как можно больше учеников. Сейчас, если в школе и есть сильный преподаватель, его обычно «хватает» лишь на очень ограниченное число детей, и при этом его опыт почти не передаётся коллегам.
В государственных школах существует стандартизированная система оплаты труда учителей, напрямую зависящая от количества уроков. Обычно других способов существенно увеличить зарплату нет. Поэтому подобная система иерархий и командной работы там практически невозможна. С госшколами всё ясно. А что с частными школами и образовательными проектами в целом? У них ведь есть возможность настраивать процессы. Поэтому странно, что многие продолжают копировать систему государственных школ. Зачем?
Модель школы, описанная выше, с ассистентами и индивидуальными траекториями не является чем-то новым. Это рабочая схема, типичная для клиентоориентированных организаций. Её используют некоторые международные успешные вузы и частные школы — например, Phillips Exeter Academy, где учился Цукерберг. В похожих школах учатся дети известных технологических предпринимателей.
Правда в том, что предложенная ученикоориентированная модель требует гораздо больших организационных ресурсов, а разницу с классно-урочной системой не всегда видно невооружённым глазом. Гораздо легче «продавать» родителям красивые фасады, гаджеты, дорогие мероприятия — всю эту «картинку». А образовательный эффект чаще всего становится очевиден только годы спустя. Но образование — это стратегическая задача, а не тактическая: наибольший результат проявляется на более длинной дистанции.
Основная задача школы — привлечь и удержать сильных преподавателей за счёт высоких зарплат и освобождения от рутины, благодаря делегированию. При этом важно выстроить обучение так, чтобы эти учителя могли влиять на как можно больше учеников. Сейчас, если в школе и есть сильный преподаватель, его обычно «хватает» лишь на очень ограниченное число детей, и при этом его опыт почти не передаётся коллегам.
В государственных школах существует стандартизированная система оплаты труда учителей, напрямую зависящая от количества уроков. Обычно других способов существенно увеличить зарплату нет. Поэтому подобная система иерархий и командной работы там практически невозможна. С госшколами всё ясно. А что с частными школами и образовательными проектами в целом? У них ведь есть возможность настраивать процессы. Поэтому странно, что многие продолжают копировать систему государственных школ. Зачем?
Модель школы, описанная выше, с ассистентами и индивидуальными траекториями не является чем-то новым. Это рабочая схема, типичная для клиентоориентированных организаций. Её используют некоторые международные успешные вузы и частные школы — например, Phillips Exeter Academy, где учился Цукерберг. В похожих школах учатся дети известных технологических предпринимателей.
Правда в том, что предложенная ученикоориентированная модель требует гораздо больших организационных ресурсов, а разницу с классно-урочной системой не всегда видно невооружённым глазом. Гораздо легче «продавать» родителям красивые фасады, гаджеты, дорогие мероприятия — всю эту «картинку». А образовательный эффект чаще всего становится очевиден только годы спустя. Но образование — это стратегическая задача, а не тактическая: наибольший результат проявляется на более длинной дистанции.